3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Общество потребления

Общество потребления

  • №11 в Социология

Книга известного французского социолога и философа Жана Бодрийяра посвящена проблемам «общества потребления», сложившегося в высокоразвитых странах Европы к 70-м годам XX в. Основываясь на богатом экономическом и социологическом материале, Бодрийяр на примере Франции дает критический анализ такого общества с философской, социологической, экономической, политической и культурной точек зрения. Он выявляет его характерные черты и акцентирует внимание на том влиянии, которое процессы, происходящие в «обществе потребления», оказывают на моральное и интеллектуальное состояние его граждан. Книга написана ярко, образно. На русском языке издается…

Серия: Мыслители ХХ века
Издательство:Республика, Культурная революция

Лучшая рецензия на книгу

9 октября 2020 г. 18:51

Несмотря на то, что скажу дальше, книгу настоятельно рекомендую к прочтению.

Первое впечатление: восторг, «море» ярких оборотов и сравнений. Такого богатства языка давно не встречала. Тема потребительского счастья переосмыслена Бодрийяром до мелочей.Выстраеваемая Западом система потребления и ценностей автора возмущает. Но. Но местами скучно, одно-по-одному. Та же мысль, но разными словами. Это надоедает , даже если каждый последующий оборот речи интересней и ярче предыдущего и словарный запас расширился в разы.

Конечно, понимать , что происходит вокруг тебя — не возможность, а обязанность разумного существа. Только проблема в том, что разумные существа это уже знают, а те, которые . которые идут «с песней по жизни» — навряд ли прочтут и поймут труд Бодрийяра. Ибо это оказалось…

Общество потребления — Жан Бодрийяр , монография
Перевод: Елена Самарская

Год издания: 2006

Возрастные ограничения: 16+

Содержание

Предложение определяет спрос.

Потребление существует с древнейших времён — именно благодаря ему появилось ВСЁ, а именно: колесо, самолёты, интернеты и т. п. В отличие от экономического потребления, точная дата рождения сабжа неизвестна, но предположительно котлован прокопали во второй половине XIX века, фундамент заложили накануне ПМВ, а уж первые кирпичики были заложены во время Великой депрессии на основе теоретических изысканий тов. Кейнса. То есть появился сабж этой статьи буквально в эпоху молодости мам-пап да дедушек-бабушек. А вот в канонічном виде сабж сформировался уже в 1970-х. В те славные годы произошло следующее: в 1971 была отменена привязка валюты к золоту, а в 1973 введено массовое ипотечное и др. кредитирование.

В XX веке резко оказалось, что когда в одном месте мира творится спекулятивный бум, это надо было тормозить (а то заводы стоят), а в другом месте на Земле царил застой@бездеятельность по причине невозможности труду одолжить капитал на строительство того самого завода. При этом нельзя было сделать так, что чья-то валюта «дешёвая», а чья-то — «дорогая». Так что повод рекламировать отказ от золотого «глобо»-бабла был. Иными словами, сие можно перефразировать на язык умных фраз как «диверсификация эталонизации ценности валюты», а на публицистический — как «оценку валюты газетами, заводами и пароходами, а не блестящим металлом».

В конкурентной борьбе каждый бизнесмен старается произвести больше и дешевле (типичный случай race to the bottom), поэтому при капитализме производство патологически растёт. В случае, если эти товары не покупают, то наступает перепроизводство: то есть полки забиты, горизонты завалены, но заводы стоят, а цены конские — «денег нет, но вы держитесь» — что обваливает КЕМ всю экономику в жесточайший хлам. Эталоном считается Депрессия-1929 и вообще адов угар 1930-х, что впрочем усугубил тогдашний фюрер США, который Гувер. Предприниматель сокращает бесполезный персонал, чем ещё более кастрирует способность быдла покупать.

В допотреблядскую эпоху (до начала ХХ века) проблему расширения производства решали за счёт захвата колоний, вливая в стройные ряды множество новых потребителей:

— Не ослышался ли я? — спросил доктор Обнюбиль. — Как! Вы, вы, промышленный народ, ввязались во все эти войны?! — Конечно, — отвечал переводчик. — Ведь это промышленные войны. Народы, не имеющие развитой торговли и промышленности, не нуждаются в войнах; но деловой народ вынужден вести завоевательную политику. Число наших войн неизбежно возрастает вместе с нашей производственной деятельностью. Как только та или иная отрасль нашей промышленности не находит сбыта для своей продукции, возникает надобность в войне, чтобы получить для него новые возможности. Вот почему в этом году у нас была угольная война, медная война, хлопчатобумажная война. В Третьей Зеландии мы перебили две трети жителей, чтобы принудить остальных покупать у нас зонтики и подтяжки.

Собственно, политика ВСЕГДА на службе у экономики. Первая Мировая и Вторая начались как раз из-за того, что мировые империи не осилили относительно мирный попил сфер влияния и капиталовложений, поскольку новых не было-старые они уже полвека как попилили. Предтечами для ПМВ были копившиеся весь длинный XIX век срачи: балканские, австро-немецкие («Малонемецкий и великонемецкий путь»), немецко-французские и др. Да та же Русско-японская и высадка некоего Перри в Японию (в 1850-х). Причины оных были видны даже слепоглухонемым даунам: ничейных колоний и рынков сбыта уже не осталось, а заполучить их можно было лишь отжимом у соседушек.

Таким образом вопрос, стоявший перед Кейнсом во время Депрессии, был таким: «как расшевелить экономику??». Все колонии уже были сто лет как поделены, биржи и рынки тоже, начать военные действия (чтобы в перспективе отобрать колонии и увеличить производство тупо тем, что часть нищебродов дохла в окопах, а другие клепали оружие — как в ПМВ) было в силу слабости и отсталости тогдашней армии США плохим вариантом. Пришлось стимулировать потребление по заветам ненавистных социалистов. Доходило до смешного: люди выполняли «бесполезную» работу хоть за маленькие, но таки реальные деньги, лишь бы они могли что-то купить. Например, раскапывали яму и тут же её закапывали [2] . Нацпроект делался вовсе не для очередной Галочки, вовремя ахнувшей «Ах, хочу сесть в свой кабриолет, и из Чикаго понестись в странствие на фабрику грёз!», а дабы дать работу чики-брикающей с голодухи вчерашней рабочей силе и просто обезумевшей бродячей швали. При этом, сей концентратор труда не был лагерем, за счёт чего снималась проблема «а вдруг убегут»: строителям платили, сверх калорийного стола, вполне себе денежку, а пеницитарщина была разве что в том, что заработанные кровью и потом денюжки шли сразу маме с папой в готичную деревню. А заодно Рузвельт таким ходом смог прокачать инфраструктуру: огромное количество дорог строилось не ради уже существующих образований, но ради того, что что-то может народиться. По сравнению с идеей «вертолётных» денег (когда гражданину дают ВНЕЗАПНО кучу денег или купонов на покупку еды, и объясняют сие не иначе как «Спасибо, что живой!»), подобная трудотерапия вскоре показала себя с хорошей стороны.

Однако это так ли, сяк, через хер, конечно, но сработало, и понемногу ожившее к началу 1940-х потребление (и это не считая засовывания денег в глотки отправленных на фронт, на кои те по возвращении с оккупированного мегавулкана по имени «Ниппон» бросились скупать дома) к середине-концу тех же 40-х оживило уцелевшее производство. За этим, уже в 60-х годах, последовал пересмотр учебников по экономике, и на первый план вышла обратная формула: «предложение навязывает спрос».

Иными словами, общество потребления — это не просто общество, в котором ты покупаешь что-то, что тебе навязали, а именно такое, в котором навязывать потребление хуиты (не «кондового» в плане потребительских характеристик, а именно что страдающего от заранее заложенной в обход «качества» бомбы) есть экономическая необходимость, потому что если не будет кредитов и прочей экономической активности, то не будет того самого подъема ВВП и потому наступит очередной экономический пездец.

[править] Евангелие от Маркса

Каждый человек старается пробудить в другом какую-нибудь новую потребность, чтобы вынудить его принести новую жертву, поставить его в новую зависимость и толкнуть его к новому виду наслаждения, а тем самым и к экономическому разорению. Каждый стремится вызвать к жизни какую-нибудь чуждую сущностную силу, господствующую над другим – человеком, чтобы найти в этом удовлетворение своей собственной своекорыстной потребности. Поэтому вместе с ростом массы предметов растет царство чуждых сущностей, под игом которых находится человек, и каждый новый продукт представляет собой новую возможность взаимного обмана и взаимного ограбления. Вместе с тем человек становится всё беднее как человек, он всё в большей мере нуждается в деньгах, чтобы овладеть этой враждебной сущностью, и сила его денег падает как раз в обратной пропорции к массе продукции, т.е. его нуждаемость возрастает по мере возрастания власти денег.

Несмотря на то, что после 1991 года книги Маркса вывозили из советских библиотек на КАМАЗах в неизвестном направлении, а в мире уже начали праздновать победу капитализма, актуальность марксистских взглядов не исчерпана и поныне. Заслуга Маркса огромна и состоит прежде всего в том, что он открыл тенденцию капитализма к вырождению.

Два ключевых понятия для понимания сути явления — эксплуатация и отчуждение. Маркс выделял ажно 4 вида явления, но в целом его сущность можно представить так: рабочий, который пашет на капиталиста, не вкушает результата своего труда и в оном не заинтересован, так как прибыль, рабочим создаваемую, «присваивает» себе капиталист.

Читать еще:  Как надо сваливать: инструкция для мужчин, основанная на личном опыте

Согласно Марксу, единственный верный способ, чтобы прекратить этот замкнутый круг — определить тот класс, который продолжит развитие после того, как капитализм в лице буржуев исчерпает все возможности развития и будет его тормозить. Этот новый класс устроит революцию и уничтожит капиталистов как класс — сначала отобрав у них политическую власть, а потом и собственность (физически выпиливая отдельных поциентов по обстоятельствам). Единственный класс, остающийся по мере развития капитализма, — класс продавцов рабочей силы (пролетариат), который и сделает революцию. На деле эту концепцию, где илита обязана «пахать» «для галочки», конкретизировал и по обстоятельствам воплотил Ленин, чем и напугал при этом огромное число капиталистов.

Однако после появления «общества массового потребления» капиталисты получили возможность сохранить и приумножить свою прибыль и капитал, но и рабочий при том — иметь много ширпотреба и еды. Революция под этот сифон просто захлебнулась: воспетая Маяковским проблема «бескомпромиссной борьбы против ублюдков-угнетателей» и сопутствующая попавшим на днище жизни дилемма «умирать за революцию или умирать в нищете» с 1960-х стала даже в СССР неактуальной, ну а к 1980-м, когда в США стала форситься рейганомика, а в Китае стали строить поднебесный рыночный социализм (и ведь построили-таки!), она просто исчезла. Почти.

Бодрийар заявил, что при капитализме пропадает необходимость в революции — якобы социализм не вытесняется, но поглощается капитализмом! Но у всякой медали есть две стороны. В классическую индустриальную эру 1850-1970-х г.г. капиталисты пытались избежать проблем ценой потери части прибыли. Теперь же они получали прибыль за то, что их избегали! Но проблему это на 100% не решало.

Кому лень читать Маркса — может ознакомиться с его вольным изложением в книге американского автора Джека Лондона «Железная пята», глава 9. Автор в своё время был известен не столько обязательными для любой школоты к прочтению рассказами о поисках золота на Аляске и сопутствующей решимости, сколько как видный социалист, заодно и описывающий состояние «кухни революции». С тех пор прошло 100 лет, но ничего не изменилось.

[править] Евангелие от Делёза

Как было сказано выше, погоня за прибылью усугубляет эксплуатацию. Конечно, Капитан говорит, что капитализм значительно вырос, но где же тут эксплуатация? На самом деле, она переместилась на другой уровень. Если раньше капиталист ставил раком отдельного человека и его труд, то теперь он эксплуатирует его… внутренние органы! Ты можешь не работать и не вкалывать на дядю, таки халява неприличных размеров имеет место быть во многих странах, но твои органы должны потреблять товары, чтобы как минимум пожрать-посрать, да и стоит позаботиться о комфорте при упоминании темы «поспать». Деньги, идущие на покупки, обеспечивают:

  • прибыль капиталисту;
  • налоги государству;
  • и процент в карман бюрократов (особенно лоббистов).

И от этого никуда не деться (разве что съебаться в лес)!

Капиталист и кормящийся с него госаппарат смотрят на тебя как на машину из органов! Концепты «тела без органов» и «машины желания» были введены Жилем Делёзом.

Лучшая рецензия на книгу

9 октября 2020 г. 18:51

Несмотря на то, что скажу дальше, книгу настоятельно рекомендую к прочтению.

Первое впечатление: восторг, «море» ярких оборотов и сравнений. Такого богатства языка давно не встречала. Тема потребительского счастья переосмыслена Бодрийяром до мелочей.Выстраеваемая Западом система потребления и ценностей автора возмущает. Но. Но местами скучно, одно-по-одному. Та же мысль, но разными словами. Это надоедает , даже если каждый последующий оборот речи интересней и ярче предыдущего и словарный запас расширился в разы.

Конечно, понимать , что происходит вокруг тебя — не возможность, а обязанность разумного существа. Только проблема в том, что разумные существа это уже знают, а те, которые . которые идут «с песней по жизни» — навряд ли прочтут и поймут труд Бодрийяра. Ибо это оказалось…

Общество потребления — Жан Бодрийяр , монография
Перевод: Елена Самарская

Год издания: 2006

Возрастные ограничения: 16+

Содержание

Предложение определяет спрос.

Потребление существует с древнейших времён — именно благодаря ему появилось ВСЁ, а именно: колесо, самолёты, интернеты и т. п. В отличие от экономического потребления, точная дата рождения сабжа неизвестна, но предположительно котлован прокопали во второй половине XIX века, фундамент заложили накануне ПМВ, а уж первые кирпичики были заложены во время Великой депрессии на основе теоретических изысканий тов. Кейнса. То есть появился сабж этой статьи буквально в эпоху молодости мам-пап да дедушек-бабушек. А вот в канонічном виде сабж сформировался уже в 1970-х. В те славные годы произошло следующее: в 1971 была отменена привязка валюты к золоту, а в 1973 введено массовое ипотечное и др. кредитирование.

В XX веке резко оказалось, что когда в одном месте мира творится спекулятивный бум, это надо было тормозить (а то заводы стоят), а в другом месте на Земле царил застой@бездеятельность по причине невозможности труду одолжить капитал на строительство того самого завода. При этом нельзя было сделать так, что чья-то валюта «дешёвая», а чья-то — «дорогая». Так что повод рекламировать отказ от золотого «глобо»-бабла был. Иными словами, сие можно перефразировать на язык умных фраз как «диверсификация эталонизации ценности валюты», а на публицистический — как «оценку валюты газетами, заводами и пароходами, а не блестящим металлом».

В конкурентной борьбе каждый бизнесмен старается произвести больше и дешевле (типичный случай race to the bottom), поэтому при капитализме производство патологически растёт. В случае, если эти товары не покупают, то наступает перепроизводство: то есть полки забиты, горизонты завалены, но заводы стоят, а цены конские — «денег нет, но вы держитесь» — что обваливает КЕМ всю экономику в жесточайший хлам. Эталоном считается Депрессия-1929 и вообще адов угар 1930-х, что впрочем усугубил тогдашний фюрер США, который Гувер. Предприниматель сокращает бесполезный персонал, чем ещё более кастрирует способность быдла покупать.

В допотреблядскую эпоху (до начала ХХ века) проблему расширения производства решали за счёт захвата колоний, вливая в стройные ряды множество новых потребителей:

— Не ослышался ли я? — спросил доктор Обнюбиль. — Как! Вы, вы, промышленный народ, ввязались во все эти войны?! — Конечно, — отвечал переводчик. — Ведь это промышленные войны. Народы, не имеющие развитой торговли и промышленности, не нуждаются в войнах; но деловой народ вынужден вести завоевательную политику. Число наших войн неизбежно возрастает вместе с нашей производственной деятельностью. Как только та или иная отрасль нашей промышленности не находит сбыта для своей продукции, возникает надобность в войне, чтобы получить для него новые возможности. Вот почему в этом году у нас была угольная война, медная война, хлопчатобумажная война. В Третьей Зеландии мы перебили две трети жителей, чтобы принудить остальных покупать у нас зонтики и подтяжки.

Собственно, политика ВСЕГДА на службе у экономики. Первая Мировая и Вторая начались как раз из-за того, что мировые империи не осилили относительно мирный попил сфер влияния и капиталовложений, поскольку новых не было-старые они уже полвека как попилили. Предтечами для ПМВ были копившиеся весь длинный XIX век срачи: балканские, австро-немецкие («Малонемецкий и великонемецкий путь»), немецко-французские и др. Да та же Русско-японская и высадка некоего Перри в Японию (в 1850-х). Причины оных были видны даже слепоглухонемым даунам: ничейных колоний и рынков сбыта уже не осталось, а заполучить их можно было лишь отжимом у соседушек.

Таким образом вопрос, стоявший перед Кейнсом во время Депрессии, был таким: «как расшевелить экономику??». Все колонии уже были сто лет как поделены, биржи и рынки тоже, начать военные действия (чтобы в перспективе отобрать колонии и увеличить производство тупо тем, что часть нищебродов дохла в окопах, а другие клепали оружие — как в ПМВ) было в силу слабости и отсталости тогдашней армии США плохим вариантом. Пришлось стимулировать потребление по заветам ненавистных социалистов. Доходило до смешного: люди выполняли «бесполезную» работу хоть за маленькие, но таки реальные деньги, лишь бы они могли что-то купить. Например, раскапывали яму и тут же её закапывали [2] . Нацпроект делался вовсе не для очередной Галочки, вовремя ахнувшей «Ах, хочу сесть в свой кабриолет, и из Чикаго понестись в странствие на фабрику грёз!», а дабы дать работу чики-брикающей с голодухи вчерашней рабочей силе и просто обезумевшей бродячей швали. При этом, сей концентратор труда не был лагерем, за счёт чего снималась проблема «а вдруг убегут»: строителям платили, сверх калорийного стола, вполне себе денежку, а пеницитарщина была разве что в том, что заработанные кровью и потом денюжки шли сразу маме с папой в готичную деревню. А заодно Рузвельт таким ходом смог прокачать инфраструктуру: огромное количество дорог строилось не ради уже существующих образований, но ради того, что что-то может народиться. По сравнению с идеей «вертолётных» денег (когда гражданину дают ВНЕЗАПНО кучу денег или купонов на покупку еды, и объясняют сие не иначе как «Спасибо, что живой!»), подобная трудотерапия вскоре показала себя с хорошей стороны.

Однако это так ли, сяк, через хер, конечно, но сработало, и понемногу ожившее к началу 1940-х потребление (и это не считая засовывания денег в глотки отправленных на фронт, на кои те по возвращении с оккупированного мегавулкана по имени «Ниппон» бросились скупать дома) к середине-концу тех же 40-х оживило уцелевшее производство. За этим, уже в 60-х годах, последовал пересмотр учебников по экономике, и на первый план вышла обратная формула: «предложение навязывает спрос».

Читать еще:  Ваши действия при ЧС: радиационная авария

Иными словами, общество потребления — это не просто общество, в котором ты покупаешь что-то, что тебе навязали, а именно такое, в котором навязывать потребление хуиты (не «кондового» в плане потребительских характеристик, а именно что страдающего от заранее заложенной в обход «качества» бомбы) есть экономическая необходимость, потому что если не будет кредитов и прочей экономической активности, то не будет того самого подъема ВВП и потому наступит очередной экономический пездец.

[править] Евангелие от Маркса

Каждый человек старается пробудить в другом какую-нибудь новую потребность, чтобы вынудить его принести новую жертву, поставить его в новую зависимость и толкнуть его к новому виду наслаждения, а тем самым и к экономическому разорению. Каждый стремится вызвать к жизни какую-нибудь чуждую сущностную силу, господствующую над другим – человеком, чтобы найти в этом удовлетворение своей собственной своекорыстной потребности. Поэтому вместе с ростом массы предметов растет царство чуждых сущностей, под игом которых находится человек, и каждый новый продукт представляет собой новую возможность взаимного обмана и взаимного ограбления. Вместе с тем человек становится всё беднее как человек, он всё в большей мере нуждается в деньгах, чтобы овладеть этой враждебной сущностью, и сила его денег падает как раз в обратной пропорции к массе продукции, т.е. его нуждаемость возрастает по мере возрастания власти денег.

Несмотря на то, что после 1991 года книги Маркса вывозили из советских библиотек на КАМАЗах в неизвестном направлении, а в мире уже начали праздновать победу капитализма, актуальность марксистских взглядов не исчерпана и поныне. Заслуга Маркса огромна и состоит прежде всего в том, что он открыл тенденцию капитализма к вырождению.

Два ключевых понятия для понимания сути явления — эксплуатация и отчуждение. Маркс выделял ажно 4 вида явления, но в целом его сущность можно представить так: рабочий, который пашет на капиталиста, не вкушает результата своего труда и в оном не заинтересован, так как прибыль, рабочим создаваемую, «присваивает» себе капиталист.

Согласно Марксу, единственный верный способ, чтобы прекратить этот замкнутый круг — определить тот класс, который продолжит развитие после того, как капитализм в лице буржуев исчерпает все возможности развития и будет его тормозить. Этот новый класс устроит революцию и уничтожит капиталистов как класс — сначала отобрав у них политическую власть, а потом и собственность (физически выпиливая отдельных поциентов по обстоятельствам). Единственный класс, остающийся по мере развития капитализма, — класс продавцов рабочей силы (пролетариат), который и сделает революцию. На деле эту концепцию, где илита обязана «пахать» «для галочки», конкретизировал и по обстоятельствам воплотил Ленин, чем и напугал при этом огромное число капиталистов.

Однако после появления «общества массового потребления» капиталисты получили возможность сохранить и приумножить свою прибыль и капитал, но и рабочий при том — иметь много ширпотреба и еды. Революция под этот сифон просто захлебнулась: воспетая Маяковским проблема «бескомпромиссной борьбы против ублюдков-угнетателей» и сопутствующая попавшим на днище жизни дилемма «умирать за революцию или умирать в нищете» с 1960-х стала даже в СССР неактуальной, ну а к 1980-м, когда в США стала форситься рейганомика, а в Китае стали строить поднебесный рыночный социализм (и ведь построили-таки!), она просто исчезла. Почти.

Бодрийар заявил, что при капитализме пропадает необходимость в революции — якобы социализм не вытесняется, но поглощается капитализмом! Но у всякой медали есть две стороны. В классическую индустриальную эру 1850-1970-х г.г. капиталисты пытались избежать проблем ценой потери части прибыли. Теперь же они получали прибыль за то, что их избегали! Но проблему это на 100% не решало.

Кому лень читать Маркса — может ознакомиться с его вольным изложением в книге американского автора Джека Лондона «Железная пята», глава 9. Автор в своё время был известен не столько обязательными для любой школоты к прочтению рассказами о поисках золота на Аляске и сопутствующей решимости, сколько как видный социалист, заодно и описывающий состояние «кухни революции». С тех пор прошло 100 лет, но ничего не изменилось.

[править] Евангелие от Делёза

Как было сказано выше, погоня за прибылью усугубляет эксплуатацию. Конечно, Капитан говорит, что капитализм значительно вырос, но где же тут эксплуатация? На самом деле, она переместилась на другой уровень. Если раньше капиталист ставил раком отдельного человека и его труд, то теперь он эксплуатирует его… внутренние органы! Ты можешь не работать и не вкалывать на дядю, таки халява неприличных размеров имеет место быть во многих странах, но твои органы должны потреблять товары, чтобы как минимум пожрать-посрать, да и стоит позаботиться о комфорте при упоминании темы «поспать». Деньги, идущие на покупки, обеспечивают:

  • прибыль капиталисту;
  • налоги государству;
  • и процент в карман бюрократов (особенно лоббистов).

И от этого никуда не деться (разве что съебаться в лес)!

Капиталист и кормящийся с него госаппарат смотрят на тебя как на машину из органов! Концепты «тела без органов» и «машины желания» были введены Жилем Делёзом.

Лучшая рецензия на книгу

9 октября 2020 г. 18:51

Несмотря на то, что скажу дальше, книгу настоятельно рекомендую к прочтению.

Первое впечатление: восторг, «море» ярких оборотов и сравнений. Такого богатства языка давно не встречала. Тема потребительского счастья переосмыслена Бодрийяром до мелочей.Выстраеваемая Западом система потребления и ценностей автора возмущает. Но. Но местами скучно, одно-по-одному. Та же мысль, но разными словами. Это надоедает , даже если каждый последующий оборот речи интересней и ярче предыдущего и словарный запас расширился в разы.

Конечно, понимать , что происходит вокруг тебя — не возможность, а обязанность разумного существа. Только проблема в том, что разумные существа это уже знают, а те, которые . которые идут «с песней по жизни» — навряд ли прочтут и поймут труд Бодрийяра. Ибо это оказалось…

Общество потребления — Жан Бодрийяр , монография
Перевод: Елена Самарская

Год издания: 2006

Возрастные ограничения: 16+

Содержание

Предложение определяет спрос.

Потребление существует с древнейших времён — именно благодаря ему появилось ВСЁ, а именно: колесо, самолёты, интернеты и т. п. В отличие от экономического потребления, точная дата рождения сабжа неизвестна, но предположительно котлован прокопали во второй половине XIX века, фундамент заложили накануне ПМВ, а уж первые кирпичики были заложены во время Великой депрессии на основе теоретических изысканий тов. Кейнса. То есть появился сабж этой статьи буквально в эпоху молодости мам-пап да дедушек-бабушек. А вот в канонічном виде сабж сформировался уже в 1970-х. В те славные годы произошло следующее: в 1971 была отменена привязка валюты к золоту, а в 1973 введено массовое ипотечное и др. кредитирование.

В XX веке резко оказалось, что когда в одном месте мира творится спекулятивный бум, это надо было тормозить (а то заводы стоят), а в другом месте на Земле царил застой@бездеятельность по причине невозможности труду одолжить капитал на строительство того самого завода. При этом нельзя было сделать так, что чья-то валюта «дешёвая», а чья-то — «дорогая». Так что повод рекламировать отказ от золотого «глобо»-бабла был. Иными словами, сие можно перефразировать на язык умных фраз как «диверсификация эталонизации ценности валюты», а на публицистический — как «оценку валюты газетами, заводами и пароходами, а не блестящим металлом».

В конкурентной борьбе каждый бизнесмен старается произвести больше и дешевле (типичный случай race to the bottom), поэтому при капитализме производство патологически растёт. В случае, если эти товары не покупают, то наступает перепроизводство: то есть полки забиты, горизонты завалены, но заводы стоят, а цены конские — «денег нет, но вы держитесь» — что обваливает КЕМ всю экономику в жесточайший хлам. Эталоном считается Депрессия-1929 и вообще адов угар 1930-х, что впрочем усугубил тогдашний фюрер США, который Гувер. Предприниматель сокращает бесполезный персонал, чем ещё более кастрирует способность быдла покупать.

В допотреблядскую эпоху (до начала ХХ века) проблему расширения производства решали за счёт захвата колоний, вливая в стройные ряды множество новых потребителей:

— Не ослышался ли я? — спросил доктор Обнюбиль. — Как! Вы, вы, промышленный народ, ввязались во все эти войны?! — Конечно, — отвечал переводчик. — Ведь это промышленные войны. Народы, не имеющие развитой торговли и промышленности, не нуждаются в войнах; но деловой народ вынужден вести завоевательную политику. Число наших войн неизбежно возрастает вместе с нашей производственной деятельностью. Как только та или иная отрасль нашей промышленности не находит сбыта для своей продукции, возникает надобность в войне, чтобы получить для него новые возможности. Вот почему в этом году у нас была угольная война, медная война, хлопчатобумажная война. В Третьей Зеландии мы перебили две трети жителей, чтобы принудить остальных покупать у нас зонтики и подтяжки.

Собственно, политика ВСЕГДА на службе у экономики. Первая Мировая и Вторая начались как раз из-за того, что мировые империи не осилили относительно мирный попил сфер влияния и капиталовложений, поскольку новых не было-старые они уже полвека как попилили. Предтечами для ПМВ были копившиеся весь длинный XIX век срачи: балканские, австро-немецкие («Малонемецкий и великонемецкий путь»), немецко-французские и др. Да та же Русско-японская и высадка некоего Перри в Японию (в 1850-х). Причины оных были видны даже слепоглухонемым даунам: ничейных колоний и рынков сбыта уже не осталось, а заполучить их можно было лишь отжимом у соседушек.

Читать еще:  «Советское детство»: 22 небезопасных развлечения детей в СССР

Таким образом вопрос, стоявший перед Кейнсом во время Депрессии, был таким: «как расшевелить экономику??». Все колонии уже были сто лет как поделены, биржи и рынки тоже, начать военные действия (чтобы в перспективе отобрать колонии и увеличить производство тупо тем, что часть нищебродов дохла в окопах, а другие клепали оружие — как в ПМВ) было в силу слабости и отсталости тогдашней армии США плохим вариантом. Пришлось стимулировать потребление по заветам ненавистных социалистов. Доходило до смешного: люди выполняли «бесполезную» работу хоть за маленькие, но таки реальные деньги, лишь бы они могли что-то купить. Например, раскапывали яму и тут же её закапывали [2] . Нацпроект делался вовсе не для очередной Галочки, вовремя ахнувшей «Ах, хочу сесть в свой кабриолет, и из Чикаго понестись в странствие на фабрику грёз!», а дабы дать работу чики-брикающей с голодухи вчерашней рабочей силе и просто обезумевшей бродячей швали. При этом, сей концентратор труда не был лагерем, за счёт чего снималась проблема «а вдруг убегут»: строителям платили, сверх калорийного стола, вполне себе денежку, а пеницитарщина была разве что в том, что заработанные кровью и потом денюжки шли сразу маме с папой в готичную деревню. А заодно Рузвельт таким ходом смог прокачать инфраструктуру: огромное количество дорог строилось не ради уже существующих образований, но ради того, что что-то может народиться. По сравнению с идеей «вертолётных» денег (когда гражданину дают ВНЕЗАПНО кучу денег или купонов на покупку еды, и объясняют сие не иначе как «Спасибо, что живой!»), подобная трудотерапия вскоре показала себя с хорошей стороны.

Однако это так ли, сяк, через хер, конечно, но сработало, и понемногу ожившее к началу 1940-х потребление (и это не считая засовывания денег в глотки отправленных на фронт, на кои те по возвращении с оккупированного мегавулкана по имени «Ниппон» бросились скупать дома) к середине-концу тех же 40-х оживило уцелевшее производство. За этим, уже в 60-х годах, последовал пересмотр учебников по экономике, и на первый план вышла обратная формула: «предложение навязывает спрос».

Иными словами, общество потребления — это не просто общество, в котором ты покупаешь что-то, что тебе навязали, а именно такое, в котором навязывать потребление хуиты (не «кондового» в плане потребительских характеристик, а именно что страдающего от заранее заложенной в обход «качества» бомбы) есть экономическая необходимость, потому что если не будет кредитов и прочей экономической активности, то не будет того самого подъема ВВП и потому наступит очередной экономический пездец.

[править] Евангелие от Маркса

Каждый человек старается пробудить в другом какую-нибудь новую потребность, чтобы вынудить его принести новую жертву, поставить его в новую зависимость и толкнуть его к новому виду наслаждения, а тем самым и к экономическому разорению. Каждый стремится вызвать к жизни какую-нибудь чуждую сущностную силу, господствующую над другим – человеком, чтобы найти в этом удовлетворение своей собственной своекорыстной потребности. Поэтому вместе с ростом массы предметов растет царство чуждых сущностей, под игом которых находится человек, и каждый новый продукт представляет собой новую возможность взаимного обмана и взаимного ограбления. Вместе с тем человек становится всё беднее как человек, он всё в большей мере нуждается в деньгах, чтобы овладеть этой враждебной сущностью, и сила его денег падает как раз в обратной пропорции к массе продукции, т.е. его нуждаемость возрастает по мере возрастания власти денег.

Несмотря на то, что после 1991 года книги Маркса вывозили из советских библиотек на КАМАЗах в неизвестном направлении, а в мире уже начали праздновать победу капитализма, актуальность марксистских взглядов не исчерпана и поныне. Заслуга Маркса огромна и состоит прежде всего в том, что он открыл тенденцию капитализма к вырождению.

Два ключевых понятия для понимания сути явления — эксплуатация и отчуждение. Маркс выделял ажно 4 вида явления, но в целом его сущность можно представить так: рабочий, который пашет на капиталиста, не вкушает результата своего труда и в оном не заинтересован, так как прибыль, рабочим создаваемую, «присваивает» себе капиталист.

Согласно Марксу, единственный верный способ, чтобы прекратить этот замкнутый круг — определить тот класс, который продолжит развитие после того, как капитализм в лице буржуев исчерпает все возможности развития и будет его тормозить. Этот новый класс устроит революцию и уничтожит капиталистов как класс — сначала отобрав у них политическую власть, а потом и собственность (физически выпиливая отдельных поциентов по обстоятельствам). Единственный класс, остающийся по мере развития капитализма, — класс продавцов рабочей силы (пролетариат), который и сделает революцию. На деле эту концепцию, где илита обязана «пахать» «для галочки», конкретизировал и по обстоятельствам воплотил Ленин, чем и напугал при этом огромное число капиталистов.

Однако после появления «общества массового потребления» капиталисты получили возможность сохранить и приумножить свою прибыль и капитал, но и рабочий при том — иметь много ширпотреба и еды. Революция под этот сифон просто захлебнулась: воспетая Маяковским проблема «бескомпромиссной борьбы против ублюдков-угнетателей» и сопутствующая попавшим на днище жизни дилемма «умирать за революцию или умирать в нищете» с 1960-х стала даже в СССР неактуальной, ну а к 1980-м, когда в США стала форситься рейганомика, а в Китае стали строить поднебесный рыночный социализм (и ведь построили-таки!), она просто исчезла. Почти.

Бодрийар заявил, что при капитализме пропадает необходимость в революции — якобы социализм не вытесняется, но поглощается капитализмом! Но у всякой медали есть две стороны. В классическую индустриальную эру 1850-1970-х г.г. капиталисты пытались избежать проблем ценой потери части прибыли. Теперь же они получали прибыль за то, что их избегали! Но проблему это на 100% не решало.

Кому лень читать Маркса — может ознакомиться с его вольным изложением в книге американского автора Джека Лондона «Железная пята», глава 9. Автор в своё время был известен не столько обязательными для любой школоты к прочтению рассказами о поисках золота на Аляске и сопутствующей решимости, сколько как видный социалист, заодно и описывающий состояние «кухни революции». С тех пор прошло 100 лет, но ничего не изменилось.

[править] Евангелие от Делёза

Как было сказано выше, погоня за прибылью усугубляет эксплуатацию. Конечно, Капитан говорит, что капитализм значительно вырос, но где же тут эксплуатация? На самом деле, она переместилась на другой уровень. Если раньше капиталист ставил раком отдельного человека и его труд, то теперь он эксплуатирует его… внутренние органы! Ты можешь не работать и не вкалывать на дядю, таки халява неприличных размеров имеет место быть во многих странах, но твои органы должны потреблять товары, чтобы как минимум пожрать-посрать, да и стоит позаботиться о комфорте при упоминании темы «поспать». Деньги, идущие на покупки, обеспечивают:

  • прибыль капиталисту;
  • налоги государству;
  • и процент в карман бюрократов (особенно лоббистов).

И от этого никуда не деться (разве что съебаться в лес)!

Капиталист и кормящийся с него госаппарат смотрят на тебя как на машину из органов! Концепты «тела без органов» и «машины желания» были введены Жилем Делёзом.

Подробнее о книге

  • Рецензии 11
  • О книге
  • Цитаты 222
  • Подборки 67
  • Книгообмен 1/9
  • Читатели 308

Напишите рецензию!

22 июня 2020 г. 21:39

Гуру постмодерна и социолог, оптимист и фотограф, преподаватель Йельского университета. Переводчик и эссеист. В его работах затрагиваются актуальнейшие вопросы нашего времени. Ввел любопытное понятие гиперреальности; развил учение о трех порядках симулякров (деньги, мода, общественное мнение).

Его труд «Общество потребления» вышел в 1970 году. Книга состоит из трех частей и заключения. В ней писатель критикует современный социум, общество (общество самообмана), рассматривая потребление никому не нужных вещей как цепную психологическую реакцию. В Обществе потребления невозможны ни культура, ни развитие.

В первой части он рассуждает об экономике, «кругообразной динамике роста и изобилия». Во второй, названной «Теория потребления» потребительская ценность товаров абсолютна и не зависит от…

Научный эксперт LiveLib

19 января 2018 г. 12:25

4 Общество потребления — Система угнетения эпохи пост-модерна

Жан Бодрийяр, человек, которого можно без оглядки назвать интеллектуалом, человеком своего времени, социологом, психологом, философом эпохи пост-модерна. Спектр его взглядов необыкновенно широк — культура, экономика, отношения, проблемы личности, масс-медиа, социальное неравенство, психоанализ, угнетение. Нельзя Бодрийяра и отнести к той или иной науке, нельзя сказать, что работает он в рамках социологии или на стыке нескольких наук. Возможно, все дело во всеобъемлющем предмете, о котором можно рассуждать разными парадигмами и исследовать на основании разных методологий, данный предмет просто нельзя обрезать парадигмой. Бодрийар свободен от сциентизма, и взгляды его стоят по ту сторону методологии и в то же время включают ее в себя. Сложно назвать его теорию теорией, как и концепцией,…

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector