7 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как попасть в «список экстремистов» и выжить

Как попасть в «список экстремистов» и выжить

Дмитрий Окрест

Обвиненные в терроризме и экстремизме буквально выживают в условиях экономических санкций со стороны государства — им ограничены почти все финансовые операции. Журналист Дмитрий Окрест разобрался, как попадают в список и можно ли его обойти.

Владимир Егоров — отец двух детей, электрик и бывший глава партии «Яблоко» в Торопце, городе в 260 км от Твери — любил публиковать в сообществе «ВКонтакте» антикоррупционные расследования про руководителей родного города. За это, по словам активиста, на него возбудили уголовное дело после публикации видео «Главный крыс Кремля».

Летом 2018 года суд приговорил Егорова к двум годам лишения свободы условно по статье о публичных призывах к экстремизму (часть 2 статьи 280 УК). Ранее его дом пытались поджечь, он бежал на Украину (откуда его выдворили, но СБУ отрицает свое участие), месяц жил в машине в Белоруссии.

После суда его обязали не только быть дома после 22 часов, отказаться от публичных мероприятий и удалиться из администраторов своей группы «ВКонтакте», но и внесли в список Росфинмониторинга. Попавшим в него банки блокируют счета — люди не могут устроиться на работу, взять кредит и совершать какие-либо операции по карте. Все эти наказания настигают человека подчас лишь за репосты в интернете.

Обанкротить террористов

Росфинмониторинг — это сокращенное название Федеральной службы по финансовому мониторингу. Согласно официальному сайту, служба занимается противодействием «отмыванию полученных преступным путем доходов, финансированию терроризма и распространению оружия массового уничтожения».

Читать еще:  Быть выживальщиком: "дурацкое" хобби или реальный шанс выжить?

К марту 2019 года в перечне экстремистов и террористов, составленном службой, находились почти девять тысяч человек, в том числе иностранные граждане. Их количество ежегодно увеличивается — например, в 2015 году перечень насчитывал 3500 фамилий. В 2011 году около тысячи. Фактически Росфинмониторинг только обрабатывает информацию МВД, ФСБ и полиции, а затем автоматически включает людей в реестр. Единая база появилась лишь в нулевых.

В 2016 году глава ведомства Юрий Чиханчин выразил «очень большую озабоченность» Владимиру Путину из-за того, что россияне перевели террористам через соцсети несколько десятков миллионов рублей. В ходе встречи Чиханчин отметил, что реже всего это делали в Еврейском автономном округе и на архипелаге Новая Земля (большинство населения — военные).

В 2014 году он сообщил, что некоторые российские общественники финансируются теми же источниками, что и украинские радикалы: «Над этим вопросом мы должны задуматься: почему, зачем, с какой целью? Мы сегодня плотно работаем с правоохранительными органами по этому вопросу». Дальнейших заявлений не последовало.

Чиханчин возглавляет службу с мая 2008 года, но не часто комментирует реестр экстремистов и террористов. Его заместитель Александр Клименченок (курирует Управление по противодействию финансированию терроризма) почти никогда публично не высказывался, в том числе о реестре.

SMS-оповещение

О включении в реестр и блокировке банковских услуг попавшие под финансовые санкции узнают через SMS от своего банка. Так, например, было с жителем Пензы Алексеем Черновым. Он — брат подсудимого по делу «Сети», которому инкриминируют участие в террористическом сообществе.

«Мне банк прислал SMS, что меня включили в список. Я сразу эту новость везде разослал, а на следующий день мне позвонили представители банка с извинениями и дали небольшую компенсацию. Ежемесячно за обслуживание списывают 60 рублей — вот эту сумму и вернули», — рассказывает Алексей Чернов.

Читать еще:  Отказ от ответственности - Last Day Club

По его словам, других родственников это не затронуло и поэтому похоже на «тупеж банка»: у него с Андреем, братом-близнецом , схожие данные, в том числе дата и инициалы. Ранее на их похожесть обратила внимание ФСБ, которая утверждала, что Андрей Чернов имел конспиративную кличку «Близнец». Несмотря на то, что в тот момент еще не было обвинительного заключения, самого Андрея уже включили в реестр террористов — попасть в реестр можно и без приговора суда, если есть постановление о признании человека подозреваемым либо решение ведомств (Генпрокуратуры, Следственного комитета, МВД или МИД). Деньги с карты Андрея семья успела снять сразу после задержания.

О похожей истории рассказывает Лариса Романова, которую в 2003 году осудили за теракт «Новой революционной альтернативы» возле здания ФСБ (тогда никто не пострадал). Позднее Европейский суд выявил нарушения в деле и постановил выплатить компенсацию.

«Мы были с детьми на отдыхе в Белгороде, мои мать и отчим должны были по моей доверенности снять детские пособия, так как сразу по возвращении у меня была запланирована операция. Они пришли, но им дали отказ, — рассказывает Романова. — Тогда мы и узнали, что я попала в список. В это время я уже выиграла дело в ЕСПЧ и получила на карту в другом банке почти миллион. Это был „ПриватБанк“, которым тогда владел украинский олигарх Коломойский, и он плевал на списки до поры до времени. Когда ЕСПЧ выиграли, то спать не могла. Все чувствовала — государство отнимет».

Романова уговорила осужденных вместе ней быстрее снять деньги. Сама она в итоге потеряла только 17 тысяч, которые остались на заблокированном счете «Бинбанка». Она утверждает, что подала три заявления, чтобы решить эту ситуацию, но они остались без ответа.

Читать еще:  Хочу стать самым крутым: Кто такой оператор?

«Фигуранты перечня — это изгои, это каста неприкасаемых. Хуже педофилов, тех хоть ставят на учет, но справку нужную можно на углу купить», — говорит Романова.

Не только нищета

Чтобы выйти из реестра, по словам Романовой и Подчасова, необходимо следовать следующему алгоритму: когда погасла судимость, потребовать Росфинмониторинг исключить из списка, приложив скан приговора. Требование необходимо дополнить письмом в Следственный комитет или прокуратуру.

Романова называет нахождением в перечне «не оговоренным наказанием человека за политическую активность и запугиванием других». Она прошла судебные инстанции против банка и Росфинмониторинга, чтобы в 2015 году подать на них жалобу в ЕСПЧ. Ее путь прошли еще несколько человек.

«Может решения ЕСПЧ что-то изменят или революция в России. Я уж не знаю. Теперь я всегда живу настороже и бдительно, как на зоне. Перечень в этом плане меня укрепил. Если бы была возможность легализовать себя и четверых своих детей в нормальной стране, то уехала бы всей семьей отсюда, не задумываясь ни на секунду и навсегда», — подытоживает Романова. Своим опытом активисты делятся в фейсбуке.

Из материалов информационно-аналитического центра «Сова» следует, что с 2010 года количество преступлений, связанных с насилием на почве ненависти, снизилось в шесть раз. Однако при этом количество наказаний за высказывания выросло в три раза. Помимо штрафа и лишения свободы подсудимого приговаривают не только к нищете. Приговоры осужденным за экстремизм содержат дополнительные наказания, следует из доклада «Совы» «Государство против возбуждения ненависти и политической активности националистов в России в 2018 году». Например, запрещается занимать руководящие должности, заниматься общественной деятельностью, работать в медиа, организовывать публичные мероприятия, управлять транспортом и пользоваться интернетом.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector