7 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Винтовка АВС-36

В период между двумя мировыми войнами основным стрелковым оружием во всех странах мира продолжала оставаться магазинная винтовка. С целью повышения огневой мощи пехоты делались неоднократные попытки создания автоматической винтовки, позволявшей вести как одиночный, так и непрерывный огонь. И Советский Союз в этом плане не стал исключением. Попытки создания подобного оружия предпринимались еще в царское время. Однако создать и наладить массовое производство подобного оружия стало возможно лишь в 1930-х гг. И первой советской автоматической винтовкой, официально принятой на вооружение, оказался образец, созданный Сергеем Гавриловичем Симоновым.

Автоматическая винтовка системы Симонова обр. 1936 г. или АВС-36 имела следующие характеристики. Длина 1260 мм (1520 мм со штыком). Вес со снаряженным магазином, штыком и оптическим прицелом достигал 6 кг. Винтовка имела секторный прицел на 1500 метров. Переводчик огня у винтовки флажкового типа. Для уменьшения отдачи ствол винтовки снабжен дульным тормозом. Магазин винтовки отъемный на 15 патронов. Допускалось заряжание винтовки и без смены магазина из обоймы. АВС-36 имела своеобразный штык клинкового типа, который можно было использовать в качестве опоры при стрельбе очередью.

Производство автоматической винтовки Симонова осуществляло лишь одно предприятие — завод № 74 в Ижевске. Стоимость производства винтовки составляла в 1938 г. 1260 рублей, а годом позже с последовавшей отработкой производственного процесса стоимость удалось снизить до 900 рублей. Для сравнения стоимость производства обычной «трехлинейки» составляла на 1938 г. 126 рублей, а пулемета «Максима» на колесном станке 1600 рублей. Всего было выпущено около 65 тыс. винтовок — это немного, учитывая масштабы армии и количество винтовок Мосина и Токарева.

С принятием на вооружении автоматической винтовки Симонова разработка новых образцов винтовок не прекратилась. В Красной Армии прослеживалась тенденция к унификации вооружения и в конце 1930-х годов встал вопрос, какой образец винтовки должен стать основным в армии. Рассматривались автоматическая винтовка Симонова и самозарядная винтовка Токарева. Каждый из этих образцов имел ряд достоинств и недостатков. Решение было принято после вопроса И. В. Сталина нужна ли армии винтовка для стрельбы очередью. Оказалось — нет и в качестве основного образца была оставлена СВТ, которой предполагалось перевооружить значительную часть армии, но начавшаяся война внесла свои коррективы. А выпуск АВС-36 был прекращен к 1940 г. и на ее смену пришла винтовка Токарева.

Наследники «автомата Федорова»

Опыты по созданию автоматических винтовок и в России, и на Западе начались еще в годы Первой мировой войны. Ее опыт однозначно свидетельствовал, что боец, вооруженный самозарядной винтовкой, способен вести более плотный огонь. Это было особенно важно в условиях затяжной позиционной войны, когда от плотности огня зависит способность обороняющихся сдержать напор наступающих.

Русские войска убедились в этом, когда в 1916 году начали в экспериментальном порядке использовать так называемый «автомат Федорова»: автоматическую винтовку, созданную оружейником Владимиром Федоровым под японский патрон 6,5 мм. Оценили это оружие и в первых советских частях специального назначения, таких как 1-й автоброневой отряд имени Свердлова и Дивизия особого назначения (будущая дивизия им. Дзержинского). Именно в умелых руках бойцов, знающих не только сильные, но и слабые стороны необычного оружия, оно становилось по-настоящему эффективным.


Бойцы московского народного ополчения обследуют населенный пункт
во время битвы за Москву, ноябрь 1941 года. Источник: http://waralbum.ru

Автоматическая винтовка Федорова оказалась недостаточно проработанной и доведенной, и говорить о ее серийном выпуске не приходилось: в общей сложности в России и СССР выпущено около 3400 единиц. Формально она оставалась на вооружении подразделений РККА до 1929 года, а эпизодическое использование отмечалось даже в годы Советско-финской и Великой Отечественной войн. Но интереснее другое: многое из накопленного за время эксплуатации «автомата Федорова» опыта оказалось справедливо и по отношению к его наследницам — автоматическим винтовкам, принятым на вооружение в СССР во второй половине 1930-х.

Работы над созданием новой автоматической винтовки начались в Советском Союзе еще в середине 1920-х годов. Свои силы в этом направлении пробовали многие отечественные оружейники, но довести свои разработки до серийного производства удалось только двоим: Сергею Симонову и Федору Токареву. Симонову удалось опередить Токарева: его винтовка, созданная к 1931 году, оказалась более удачной. Вскоре ее отправили на полигонные испытания, затем поступил заказ на изготовление опытной партии и в 1936 году (после десятилетней доработки!) симоновская система была принята на вооружение. Винтовка получила название «автоматическая винтовка Симонова образца 1936 года», и Красная Армия успела опробовать ее в боях у озера Хасан в конце лета 1938 года. Кстати, незадолго до этих боев, на первомайском параде 1938 года АВС-36 была впервые представлена публично: в парадных колоннах прошли несколько подразделений, вооруженных этой винтовкой.


Бойцы 73-го гвардейского стрелкового полка 25-й гвардейской стрелковой дивизии,
вооруженные самозарядными винтовками СВТ-40, в боях под Воронежем, 1942 год. Источник: http://waralbum.ru

Однако опыт эксплуатации АВС-36 в полевых и боевых условиях показал, что она слишком сложна и капризна, а некоторые особенности конструкции делали ее опасной для самого владельца оружия. К тому же на самом верху возобладало мнение, что советские бойцы должны стрелять не быстро, но точно: по воспоминаниям наркома вооружений Бориса Ванникова, на этом настаивал сам Сталин, считавший, что в боевых условиях нервничающий боец способен выпустить весь магазин одной очередью просто для того, чтобы подбодрить себя (что, надо признать, соответствует действительности). Все это закрыло АВС-36 дальнейший путь в РККА, но открыло его для самозарядной винтовки Токарева.

Технические характеристики автоматической винтовки Симонова

  • Вес со штыком (в ножнах), с оптическим прицелом и магазином, наполненным патронами: около 6,0 кг
  • Вес без штыка, без оптического прицела (с кронштейном) и без магазина: 4,050 кг
  • Вес магазина с 15 патронами: 0,675 кг
  • Вес магазина без патронов: 0,350 кг
  • Вес штыка с ножнами: 0,550 кг
  • Вес оптического прицела с кронштейном: 0,725 кг
  • Вес кронштейна без оптического прицела: 0,145 кг
  • Вес подвижных частей (затвор, шток и взводная муфта): 0,500 кг
  • Ёмкость магазина: 15 патронов
  • Калибр: 7,62 мм
  • Общая длина автоматической винтовки
  • без штыка: 1260 мм
  • со штыком: 1520 мм
  • Длина нарезной части ствола: 557 мм
  • Число нарезов: 4
  • Длина прицельной линии на прицелах 1/15: 591/587 мм
  • Высота мушки: 29,84 мм
  • Длина хода затвора: 130 мм
  • Прицельная дальность стрельбы: 1500 м
  • Предельная дальность полёта пули: до 3 км
  • Начальная скорость (у дула) лёгкой пули: 840 м/с
  • Технический темп стрельбы: около 800 выстрелов в минуту

Характеристика оптического винтовочного прицела образца 1931 года

  • увеличение: 4-кратное;
  • поле зрения: 5°30′;
  • диаметр выходного зрачка: 7,6 мм;
  • удаление выходного зрачка от последней линзы окуляра: 85 мм.

В целом автоматическая винтовка Симонова АВС-36 оказалась сложной в производстве и недостаточно надёжной для массовой эксплуатации в войсках. Она имела весьма непростую конструкцию и множество деталей сложной формы, производство которых требовало высокой квалификации, больших затрат времени и ресурсов. Конструкция позволяла собрать винтовку без запирающего блока и после этого произвести выстрел; если по ошибке стрелка такое происходило, ствольная коробка разрушалась, затворная группа вылетала назад и травмировала стрелка. Не оправдало себя и оригинальное клиновое запирание. Живучесть УСМ также оставляла желать лучшего.

Тем не менее, автоматическая винтовка Симонова примечательна как одна из первых в своём роде, принятая на массовое вооружение и испытанная в боевых условиях, а также как созданный отечественными инженерами и освоенный в крупносерийном производстве отечественной промышленностью весьма передовой для своего времени образец.

В финской армии трофейным АВС-36 предпочитали винтовку Токарева СВТ, как более надежную.

После принятия на вооружение АВС их выпуск, ранее производившийся отдельными партиями, заметно возрастает. Так, если в 1934 г. было выпущено 106 винтовок, а в 1935 г. — 286, то в 1937 г. — уже 10280, а в 1938 г. — 23401 шт.

Производство АВС-36 было прекращено в 1940 году, хотя к этому времени уже было выпущено 65800 экземпляров.

Почему СССР не смог применить передовое стрелковое оружие

«Не пользуется уважением и любовью личного состава» – такие нарекания поступали с фронтов Великой Отечественной в адрес самозарядной винтовки Токарева СВТ-38/40. Бойцы даже прозвали ее «неласковой Светкой» – слишком ненадежной и капризной была она в обращении. В то же время СВТ являла собой одну из самых передовых оружейных систем своего времени, а ее появление позволило РККА реализовать одну из наиболее прогрессивных концепций использования стрелкового оружия в бою. Немецкие конструкторы, которые долго не могли создать удачную самозарядку, в итоге взяли СВТ как базу для своего образца. Как же вышло, что эта винтовка не оправдала доверия?

Автоматическая революция

К началу Второй мировой только две страны – СССР и США – сумели осуществить так называемую автоматическую революцию, т. е. разработать и массово внедрить в своих армиях самозарядные (полуавтоматические) винтовки. Это оружие в разы повышало огневую мощь стрелкового отделения и позволяло не растерять эту мощь даже при выходе из строя пулеметчика с ручным пулеметом. Другие крупные военные державы даже близко к этому не подошли. Германские генералы полагались исключительно на единые пулеметы MG-34 (позже MG-42), а стрелковые школы Британии и Франции погружались в состояние кризиса, из которого не могут выйти по сегодняшний день.

Пресловутой «автоматической революции» военные ждали еще в начале ХХ века, из-за этого, кстати, в Российской империи перед Первой мировой «придерживали» модернизацию и внедрение винтовок Мосина. Однако удачные, технологичные образцы самозарядного оружия стали появляться только в 1930 годах. В Штатах конструктор-самоучка Джон Гаранд в 1929-м разработал прототип самозарядной винтовки, который после ряда доводок и модернизаций (1931–1933 годы) получил индекс М1. Понадобилось еще несколько лет работы, чтобы в 1936-м восьмизарядная М1 Garand была принята на вооружение армии США, где сменила «магазинку» Springfield образца 1903 года. М1 успешно прошла Вторую мировую войну, а в 50-х стала базой для создания новой автоматической винтовки М14, с которой армия США начала войну во Вьетнаме. Кстати, именно ее искусно разбирал и собирал герой Тома Хэнкса в фильме «Форрест Гамп».

В СССР в теме самозарядок конкурировали между собой два оружейника – Сергей Симонов и Федор Токарев. Поначалу удача сопутствовала более молодому Симонову. Первый образец он представил еще в 1926-м, но Главное артиллерийское управление (ГАУ) «зарубило» его. К началу 30-х появилась новая модель, которая прошла полигонные испытания и была рекомендована к массовому производству. В процессе доработок самозарядная винтовка приобрела функцию автоматического огня, и в 1936-м (на несколько месяцев раньше, чем М1 Garand) стала на вооружение под обозначением АВС-36. Однако претензии к этому оружию все равно оставались, и в 1938 году ГАУ организовало новый конкурс, победителем которого стал уже Токарев со своей СВТ-38.

Читать еще:  Пистолет Ruger P85 (США)

В ходе Зимней войны 1939–1940 годов винтовка Симонова показала себя весьма скверно, поэтому военные окончательно решили заменить ее более совершенной СВТ, получившей индекс СВТ-40.

«Светка» против «Папаши»

Существует легенда, что СССР не успел к началу Великой Отечественной наладить массовый выпуск пистолетов-пулеметов ППШ из-за косности руководства страны. Якобы сам Сталин называл автомат оружием, пригодным лишь для гангстеров и полиции, вот и встретили войну со старенькой «трехлинейкой». Ничего подобного – Советский Союз в конце 30-х – начале 40-х налаживал массовое производство «самозарядок». К началу войны РККА имела, по разным оценкам, от 1 млн до 1,5 млн винтовок Токарева. Согласно предвоенным планам армейского руководства, в 1941-м предполагалось выпустить 1,8 млн винтовок, в 1942-м – 2 млн. Для сравнения: в США за все годы эксплуатации (с 1936-го по 1957-й) было произведено 5,7 млн винтовок М1.

Но война смешала все планы. Стало ясно, что СВТ слишком нетехнологична и дорога для массового выпуска в «пожарных» условиях отступления и эвакуации. Как вспоминал в своей книге «Во имя Победы» нарком вооружения Дмитрий Устинов, СВТ-38 состояла из 143 деталей, в том числе 22 пружин. Для изготовления всего этого требовалось 12 марок стали, включая две специальные. Как результат, в 1942-м удалось выпустить около 280 винтовок. Куда выгоднее было производить простые и дешевые «трехлинейки» и ППШ. Да и к самой СВТ было немало претензий…

Парадокс: зарубежные специалисты весьма высоко оценивали винтовку Токарева. Финны после Северной войны создали свой клон СВТ под названием Ta.Pa.Ko. Немецкий генерал Гейнц Гудериан в воспоминаниях о первых месяцах боев на Восточном фронте писал о советской пехоте: «Ее вооружение ниже немецкого, за исключением автоматической винтовки». В качестве трофея СВТ ценилась солдатами вермахта.

А вот наши солдаты ее не любили. «Она мало прочна и при малейшем загрязнении отказывает в работе», «в условиях наступательных боев, в особенности при форсировании водных преград в песчаной местности, от незначительного загрязнения ведет к отказу», – такие и похожие отзывы шли из частей.

Причин было несколько. Первая – время. Джон Гаранд доводил свое оружие около 12 лет, с 1929-го по 1941 год. У Токарева такого времени для доработки не было, а те три года, что имелись, пришлось потратить на другое. Военные требовали от него облегчить СВТ, чтобы она весила почти как винтовка Мосина (3,45 кг), – этим конструктор и занимался. Надо заметить, что снижение массы не добавило надежности оружию. Вторая причина – советская промышленность, которая и в мирное время не могла обеспечить должного качества исполнения, а с началом войны качество упало в разы. Третья причина (ее иногда называют главной) – это слабая подготовка личного состава. Так, автоматика СВТ с коротким ходом газового поршня требовала весьма тщательного ухода и была чувствительна к загрязнению продуктами горения ленд-лизовских порохов. Винтовке требовалась регулярная чистка, а для надежной стрельбы в сложных условиях надо было переключать газовый регулятор. Для вчерашних крестьян (в те годы 2/3 населения СССР составляли сельские жители) все это было слишком сложно. Даже для командиров отделений разборка и сборка оружия подчас была трудной задачей. К слову, в СССР испытали винтовку Гаранда, сочли ее весьма надежной и точной. Однако М1 не стали заказывать по ленд-лизу, сочтя слишком сложной в обращении и обслуживании.

Поголовно вооружены пулеметами

Что касается СВТ, то ее производство решено было свернуть почти полностью. Подумывали о том, чтобы выпускать винтовки Токарева в снайперском варианте (именно «светкой» пользовалась легендарная Людмила Павличенко), но отказались – испытания показали, что при стрельбе на холодный ствол оружие дает слишком большой отрыв при первом выстреле. Для работы снайпера это могло быть критично.

Снайпер, Герой Советского Союза Людмила Павличенко с винтовкой СВТ-40

В итоге решено было продолжить выпуск только автоматических версий винтовки Токарева – АВТ-40. Та же самая конструкция, но с функцией автоматического огня. Вообще-то советские генералы еще в ходе войны с финнами осознали, что стрельба очередями из винтовки – пустое занятие. Из-за сильной отдачи при стрельбе с рук на дистанции 100 метров второй выстрел шел на 1,5–2 метра выше первого, а третий уходил в небо. Тем не менее небольшие партии таких автоматов выпускали, а чтобы солдаты впустую не тратили боезапас, ввели переводчик огня в виде специального ключа, который выдавался лишь командирам отделений.

Уже в первые недели Великой Отечественной выяснилось, что применение АВТ хотя бы отчасти компенсирует проигрыш РККА в пулеметах – наши ДП-27 безнадежно уступали MG-34 вермахта. Конечно, автоматический огонь из винтовок был малоэффективен, но оказывал психологическое воздействие. Военный историк Андрей Исаев приводил воспоминания немецких солдат о том, что «русские поголовно вооружены ручными пулеметами». Когда по наступающему врагу открывали огонь несколько АВТ, немецкие командиры делали вывод, что пулеметные точки противника еще не подавлены, и командовали отбой.

А еще после знакомства с советскими СВТ/АВТ немецкие военные очень захотели обзавестись собственной «самозарядкой». Ведь концепция вермахта, где действия пехотного отделения строились вокруг единого пулемета, имела серьезный изъян – выход MG из строя критически сказывался на огневой мощи всего отделения.

Прежде германские генералы смотрели на «самозарядки» с большим подозрением, особенно их пугала идея газоотводного отверстия в стволе: считалось, что такое решение приведет к быстрой порче оружия. Потому поначалу сумрачный тевтонский гений создавал странные конструкции, в которых газовая камера размещалась перед срезом ствола в специальной насадке. По такой схеме выполнялись винтовки Walther (G-41W) и Mauser (G-41М), и обе были признаны крайне неудачными. При этом винтовка Walther показала себя более перспективной, в 1943 году ее газовый механизм заменили двигателем, заимствованным у советской СВТ-40. Так у вермахта появилась собственная удачная и пригодная для массового производства «самозарядка» под обозначением G-43.

Правда, к этому времени надобность в таком оружии отпала, поскольку в «стрелковке» появился новый перспективный класс – автоматический карабин под промежуточный патрон, совмещавший в себе достоинства автоматической винтовки и пистолета-пулемета. Это же обстоятельство поставило точку и в совершенствовании СВТ-40. К 1944 году детские болезни винтовки были устранены, но советские конструкторы тоже уже приступили к работе над самозарядным и автоматическим карабином под промежуточный патрон.

Автоматическая винтовка Симонова обр. 1936 года

7,62-мм автоматическая винтовка системы Симонова образца 1936 года, АВС-36 (Индекс ГАУ — 56-А-225) — советская автоматическая винтовка, разработанная оружейником Сергеем Симоновым.

Изначально разрабатывалась как самозарядная винтовка, но в ходе усовершенствований был добавлен режим автоматического огня для использования в экстренной ситуации. Первая автоматическая винтовка, разработанная в СССР и принятая на вооружение.

История создания и производства

Первая модель автоматической винтовки была представлена С. Г. Симоновым в начале 1926 года. B апреле того же года Артиллерийский комитет, рассмотрев предложенный проект винтовки, пришёл к выводу, что она не может быть допущена для испытаний.

После конкурса 1930 года наибольших успехов в проектировании автоматических винтовок удалось добиться Симонову и Ф. B. Токареву. Продолжив работу над совершенствованием винтовки, в 1931 году Симонов создал новую модель.

Автоматическая винтовка Симонова успешно прошла полигонные испытания. Решено было изготовить опытную партию винтовок и провести широкие войсковые испытания. Одновременно предлагалось ускорить разработку технологического процесса, чтобы уже в первом квартале 1934 года запустить в производство партию винтовок, а с начала второго полугодия подготовиться к валовому производству. Для оказания помощи в организации производства винтовок Симонова в Ижевск был направлен сам конструктор.

22 марта 1934 года. Комитет Обороны принял постановление о развитии в 1935 году мощностей по производству автоматических винтовок системы Симонова.

В результате ряда испытаний, проходивших в 1935-1936 гг., автоматическая винтовка Симонова показала лучшие результаты по сравнению с образцом Токарева. И хотя отдельные экземпляры преждевременно выходили из строя, но, как отмечала комиссия, причиной тому были главным образом дефекты изготовления, а не конструкции. «Подтверждением этому, — как указывалось в протоколе полигона в июле 1935 года, — могут служить первые опытные образцы АВС, выдержавшие до 27000 выстрелов и совершенно не имевшие таких поломок, которые наблюдались в испытанных образцах».

B 1936 году автоматическая винтовка Симонова (АВС-36) была принята на вооружение Красной Армии. АВС-36 стала первой автоматической винтовкой, поступившей на вооружение Красной Армии после автомата Фёдорова. От первоначального образца, предложенного конструктором в 1931 году, она отличалась следующим: был установлен дульный тормоз, изменены конфигурация отдельных деталей, способ крепления штыка, внесены некоторые другие изменения.

Автоматические винтовки АВС-36 были впервые показаны на Первомайском параде в 1938 года, ими были вооружены бойцы 1-й Московской Пролетарской стрелковой дивизии.

Бойцы 1-й Московской Пролетарской стрелковой дивизии вооруженные винтовками АВС-36 на параде 1 мая 1938 года.

26 февраля 1938 года директор Ижевского оружейного завода А. И. Быховский докладывал, что автоматическая винтовка системы Симонова на заводе освоена и пущена в массовое производство.

После принятия на вооружение автоматических винтовок Симонова их выпуск, ранее производившийся отдельными партиями, заметно возрастает. Так, если в 1934 году было выпущено 106 винтовок, а в 1935 году — 286, то в 1937 — уже 10280, а в 1938 — 23401 шт.

Производство АВС-36 было прекращено в 1940 году, всего было выпущено 65800 экземпляров.

В дальнейшем АВС-36 была заменена в производстве на СВТ-38. Как вспоминал нарком вооружений Б. Л. Ванников, Сталин потребовал создать самозарядную винтовку, ведение автоматического огня из которой было бы исключено, поскольку в условиях боя возможна бесцельная непрерывная стрельба, ведущая лишь к нерациональному расходованию большого количества патронов.

Варианты и модификации

    АВС-36 с оптическим прицелом ПЕ обр. 1931 года — снайперский вариант, разработан в 1936 году, выпущен в небольшом количестве. Поскольку стреляные гильзы выбрасываются из ствольной коробки вверх и вперед, кронштейн оптического прицела крепился к ствольной коробке слева от оси оружия. Оптический прицел имел прицельную сетку, состоящую из двух горизонтальных нитей и одной вертикальной.

Конструкция и принцип действия

АВС представляет собой автоматическое оружие, построенное на отводе пороховых газов, которое может вести как одиночный, так и автоматический огонь. Переключатель режимов огня находится на ствольной коробке с правой стороны. Основным режимом огня был одиночный. Вести стрельбу короткими очередями полагалось при недостаточном количестве ручных пулемётов, а непрерывным огнем — только в крайнем случае, при отражении внезапных вражеских атак на дистанции не больше 150 метров. При этом запрещалось расходовать подряд больше 4 магазинов, чтобы не перегревать и не изнашивать ствол и другие детали. Согласно инструкции, переводчик видов огня АВС запирался специальным ключом, находившимся у командира отделения, который лишь в случае необходимости мог разрешить некоторым из солдат вести огонь очередями (использовалась ли данная функция винтовки на практике — спорный вопрос; впрочем, любопытно, что у автомата Фёдорова 1916 года переводчик огня выдавался стрелку только после сдачи своеобразного экзамена. Вести автоматический огонь рекомендовалось из положения лёжа с упора, с той же прикладкой, что и при стрельбе из ручного пулемёта ДП. При стрельбе одиночными выстрелами, сидя или стоя, винтовку рекомендуется держать левой рукой за магазин снизу.

Читать еще:  Снайперская винтовка Ruger M77 Mk.II (США)

Автоматическая винтовка имеет техническую скорострельность около 800 выстрелов в минуту. Практическая скорострельность при прицельной стрельбе значительно ниже технической. Хорошо тренированный стрелок при магазинах, заранее наполненных патронами, может произвести: около 20–25 выс/мин одиночным огнём (на расстоянии до 400 м), 40–50 выс/мин очередями по 3–5 выстрелов (до 300 м), 70–80 выс/мин непрерывным огнём (до 100–150 м).

Красноармейцы на привале, они вооружены автоматами ППШ-41, ручным пулемётом ДП и винтовкой АВС-36

Газоотводный узел с коротким ходом газового поршня размещён над стволом. Запирание ствола осуществлялось при помощи вертикального блока (клина), который перемещался в пазах ствольной коробки (на самом деле линия перемещения клина имела небольшой, порядка 5°, угол с вертикалью, что было сделано для облегчения отпирания затвора вручную). При движении блока вверх под действием пружины (при ручном перезаряжании) или специального скоса затворной рамы (при ведении огня) он заходил в пазы затвора, запирая его. Отпирание происходило после того, как специальная муфта, которая была связана с газовым поршнем, выжимала запирающий блок вниз из пазов затвора. Так как запирающий блок находился между казённой частью ствола и магазином, траектория подачи патронов в патронник была довольно длинной и крутой, что служило источником задержек при стрельбе. Кроме того, это приводило к тому, что ствольная коробка была сложной по конструкции и имела большую длину. Конструкция затвора АВС также была весьма сложной, так как внутри него были размещены ударник с боевой пружиной, отдельные части спускового механизма, а также специальное устройство противоотскока. Автоматические винтовки изготовления до 1936 года различаются устройством отсечки, спускового механизма и упора боевой пружины.

Питание винтовки осуществлялось из отъёмных магазинов оригинальной серповидной формы (из-за наличия у используемого патрона выступающей закраины), вмещающих по 15 патронов. Магазины могли снаряжаться как отдельно от винтовки, так и прямо на ней, при открытом затворе, из трёх штатных обойм к винтовке обр. 1891/30 года. К винтовкам изготовления до 1936 года имеются магазины на 10 и 20 патронов.

Штык АВС-36

Ствол винтовки имел массивный дульный тормоз и крепление для штык-ножа. На ранних выпусках АВС штык мог примыкаться не только горизонтально, но и вертикально, клинком вниз. В таком положении его предполагалось использовать в качестве одноногой эрзац-сошки для стрельбы с упора. Однако уже изданное в 1937 году исправленное описание винтовки это категорически воспрещает, предписывая вместо этого вести автоматический огонь из положения лёжа с упора в виде скатки или дёрна. Там же указывается, что со второй половины 1936 года комплектовать винтовки штыком-сошкой прекратили. Очевидно, данная идея, в теории выглядящая привлекательной, на практике себя не оправдала. В походном положении штык переносился в ножнах на поясе бойца и при стрельбе, в отличие от винтовки обр. 1891/30 года, не примыкался. Открытый прицел был насечен по дальности от 100 до 1 500 метров с шагом 100 метров.

Достоинства и недостатки

Достоинства

  • Масса как у винтовки Мосина обр. 1891/30 гг. при втрое большей емкости магазина и возможности ведения автоматического огня;
  • Отделяемый магазин позволяет перезаряжать винтовку, не опуская ее и не снимая с бруствера. Магазин можно снаряжать, не снимая его с винтовки;
  • Остановка затвора в заднем положении сигнализирует об израсходовании патронов и пресекает попытки стрелять с пустым магазином;
  • Дульный тормоз-компенсатор уменьшает отдачу и пламя от выстрелов, повышает кучность стрельбы;
  • Высока скорострельность винтовки.

Недостатки

  • Щели снизу дульного тормоза приводят к образованию облака пыли при выстреле, демаскирующего стрелка;
  • Живучесть ударника и выбрасывателя недостаточны;
  • Винтовка чувствительна к загрязнению и колебаниям температуры;
  • Часто случаются задержки при стрельбе, вызванные перекосом патрона с закраиной на гильзе;
  • В эксплуатации винтовка требует бережного отношения;
  • Снайперский вариант имеет большое рассеивание пуль, значительно уступая по кучности и меткости винтовкам с ручным перезаряжанием.

Использование

Винтовка применялась в начальный период Второй мировой войны.

  • СССР — принята на вооружение в 1936 году, использовалась в боевых действиях на Халхин-Голе, советско-финской и в начальный период Великой Отечественной войны.
  • Финляндия — трофейные образцы захваченные в ходе советско-финской войны. Финские солдаты вооруженные АВС-36, ручным пулемётом Lahti-Saloranta M/26 и СВТ
  • Третий рейх — некоторое количество трофейных АВС-36 находилось на вооружении вермахта под наименованием Selbstladegewehr 257(r). Немецкий солдат с винтовкой АВС-36

Видео

Стрельба из винтовки АВС-36, обращение с оружием и прочее:

Стрельба из винтовки АВС-36

Боевое применение

В предвоенный период автоматические винтовки системы Симонова получила на вооружение Первая Московская Пролетарская дивизия. Военным дебютом АВС-36 стали бои в Монголии у реки Халхин-Гол, где винтовкой Симонова были вооружены советские мотострелки. Затем было более масштабное использование АВС-36 в ходе советско-финляндской войны 1939−1940 гг. Применялась АВС и всю Великую Отечественную войну, хотя с каждым годом винтовок оставалось все меньше. Последнее применение АВС-36 было отмечено в ходе советско-японской войны в августе-сентябре 1945 г. В частях Дальневосточного фронта находились войска, сохранившие вооружение конца 1930-х годов, но, опять же, случаи применения винтовки Симонова были очень редки.

В боях выявился ряд недостатков АВС-36 — значительная длина винтовки, большая масса, сложность в изготовлении и обслуживании. Другой вопрос, что самих АВС было относительно немного и на фоне массы «трехлинеек» и СВТ-40 они не оставили яркого следа в истории. Относительно редко АВС-36 встречается на военных плакатах и крайне редко попадает в кадр художественного кинематографа. По сути, единственной кинокартиной, где встречается винтовка Симонова является «Два бойца»

Конструкция АВС-36

АВС представляет собой автоматическое оружие, построенное на отводе пороховых газов, может вести как одиночный, так и автоматический огонь. Переключатель режимов огня находится на ствольной коробке с правой стороны. Основным режимом огня был одиночный. Вести стрельбу короткими очередями полагалось при недостаточном количестве ручных пулемётов, а непрерывным огнем — только в крайнем случае, при отражении внезапных вражеских атак на дистанции не больше 150 метров. При этом запрещалось расходовать подряд больше 4 магазинов, чтобы не перегревать и не изнашивать ствол и другие детали.

Согласно инструкции, переводчик видов огня АВС-36 запирался специальным ключом, находившимся у командира отделения, который лишь в случае необходимости мог разрешить некоторым из солдат вести огонь очередями (использовалась ли данная функция винтовки на практике — спорный вопрос; впрочем, любопытно, что у автомата Фёдорова 1916 г. переводчик огня выдавался стрелку только после сдачи своеобразного экзамена. Американские офицеры в годы Вьетнамской войны точно так же снимали с автоматических винтовок М14 своих солдат механизм переводчика с целью отключения возможности ведения огня очередями, который, как и в случае АВС, при стрельбе с рук был практически бесполезен). Вести автоматический огонь рекомендовалось из положения лёжа с упора, с той же прикладкой, что и при стрельбе из ручного пулемёта ДП. При стрельбе одиночными выстрелами, сидя или стоя, винтовку рекомендуется держать левой рукой за магазин снизу.

АВС-36 имеет техническую скорострельность около 800 выстрелов в минуту. Практическая скорострельность при прицельной стрельбе значительно ниже технической. Хорошо тренированный стрелок при магазинах, заранее наполненных патронами, может произвести: около 20-25 выс/мин одиночным огнём (на расстоянии до 400 м), 40-50 выс/мин очередями по 3-5 выстрелов (до 300 м), 70-80 выс/мин непрерывным огнём (до 100—150 м).

Газоотводный узел с коротким ходом газового поршня размещён над стволом. Запирание ствола осуществлялось при помощи вертикального блока (клина), который перемещался в пазах ствольной коробки (на самом деле линия перемещения клина имела небольшой, порядка 5°, угол с вертикалью, что было сделано для облегчения отпирания затвора вручную). При движении блока вверх под действием пружины (при ручном перезаряжании) или специального скоса затворной рамы (при ведении огня) он заходил в пазы затвора, запирая его.

Отпирание происходило после того, как специальная муфта, которая была связана с газовым поршнем, выжимала запирающий блок вниз из пазов затвора. Так как запирающий блок находился между казённой частью ствола и магазином, траектория подачи патронов в патронник была довольно длинной и крутой, что служило источником задержек при стрельбе. Кроме того, это приводило к тому, что ствольная коробка была сложной по конструкции и имела большую длину. Конструкция затвора АВС-36 также была весьма сложной, так как внутри него были размещены ударник с боевой пружиной, отдельные части спускового механизма, а также специальное устройство противоотскока. АВС изготовления до 1936 г. различаются устройством отсечки, спускового механизма и упора боевой пружины.

Питание винтовки осуществлялось из отъёмных магазинов оригинальной серповидной формы (из-за наличия у используемого патрона выступающей закраины), вмещающих по 15 патронов. Магазины могли снаряжаться как отдельно от винтовки, так и прямо на ней, при открытом затворе, из трёх штатных обойм к АВС обр. 1891/30 г. К образцам изготовленным до 1936 года имеются магазины на 10 и 20 патронов.

Ствол АВС-36 имел массивный дульный тормоз и крепление для штыка-ножа. На ранних выпусках штык мог примыкаться не только горизонтально, но и вертикально, клинком вниз. В таком положении его предполагалось использовать в качестве одноногой эрзац-сошки для стрельбы с упора. Однако уже изданное в 1937 году исправленное описание винтовки это категорически воспрещает, предписывая вместо этого вести автоматический огонь из положения лёжа с упора в виде скатки или дёрна. Там же указывается, что со второй половины 1936 года комплектовать винтовки штыком-сошкой прекратили. Очевидно, данная идея, в теории выглядящая привлекательной, на практике себя не оправдала. В походном положении штык переносился в ножнах на поясе бойца и при стрельбе, в отличие от винтовки обр. 1891/30 г.г., не примыкался. Открытый прицел был насечен по дальности от 100 до 1 500 метров с шагом 100 метров.

Почему СССР не смог применить передовое стрелковое оружие

«Не пользуется уважением и любовью личного состава» – такие нарекания поступали с фронтов Великой Отечественной в адрес самозарядной винтовки Токарева СВТ-38/40. Бойцы даже прозвали ее «неласковой Светкой» – слишком ненадежной и капризной была она в обращении. В то же время СВТ являла собой одну из самых передовых оружейных систем своего времени, а ее появление позволило РККА реализовать одну из наиболее прогрессивных концепций использования стрелкового оружия в бою. Немецкие конструкторы, которые долго не могли создать удачную самозарядку, в итоге взяли СВТ как базу для своего образца. Как же вышло, что эта винтовка не оправдала доверия?

Автоматическая революция

К началу Второй мировой только две страны – СССР и США – сумели осуществить так называемую автоматическую революцию, т. е. разработать и массово внедрить в своих армиях самозарядные (полуавтоматические) винтовки. Это оружие в разы повышало огневую мощь стрелкового отделения и позволяло не растерять эту мощь даже при выходе из строя пулеметчика с ручным пулеметом. Другие крупные военные державы даже близко к этому не подошли. Германские генералы полагались исключительно на единые пулеметы MG-34 (позже MG-42), а стрелковые школы Британии и Франции погружались в состояние кризиса, из которого не могут выйти по сегодняшний день.

Пресловутой «автоматической революции» военные ждали еще в начале ХХ века, из-за этого, кстати, в Российской империи перед Первой мировой «придерживали» модернизацию и внедрение винтовок Мосина. Однако удачные, технологичные образцы самозарядного оружия стали появляться только в 1930 годах. В Штатах конструктор-самоучка Джон Гаранд в 1929-м разработал прототип самозарядной винтовки, который после ряда доводок и модернизаций (1931–1933 годы) получил индекс М1. Понадобилось еще несколько лет работы, чтобы в 1936-м восьмизарядная М1 Garand была принята на вооружение армии США, где сменила «магазинку» Springfield образца 1903 года. М1 успешно прошла Вторую мировую войну, а в 50-х стала базой для создания новой автоматической винтовки М14, с которой армия США начала войну во Вьетнаме. Кстати, именно ее искусно разбирал и собирал герой Тома Хэнкса в фильме «Форрест Гамп».

Читать еще:  Автоматическая винтовка HK G36 (Германия)

В СССР в теме самозарядок конкурировали между собой два оружейника – Сергей Симонов и Федор Токарев. Поначалу удача сопутствовала более молодому Симонову. Первый образец он представил еще в 1926-м, но Главное артиллерийское управление (ГАУ) «зарубило» его. К началу 30-х появилась новая модель, которая прошла полигонные испытания и была рекомендована к массовому производству. В процессе доработок самозарядная винтовка приобрела функцию автоматического огня, и в 1936-м (на несколько месяцев раньше, чем М1 Garand) стала на вооружение под обозначением АВС-36. Однако претензии к этому оружию все равно оставались, и в 1938 году ГАУ организовало новый конкурс, победителем которого стал уже Токарев со своей СВТ-38.

В ходе Зимней войны 1939–1940 годов винтовка Симонова показала себя весьма скверно, поэтому военные окончательно решили заменить ее более совершенной СВТ, получившей индекс СВТ-40.

«Светка» против «Папаши»

Существует легенда, что СССР не успел к началу Великой Отечественной наладить массовый выпуск пистолетов-пулеметов ППШ из-за косности руководства страны. Якобы сам Сталин называл автомат оружием, пригодным лишь для гангстеров и полиции, вот и встретили войну со старенькой «трехлинейкой». Ничего подобного – Советский Союз в конце 30-х – начале 40-х налаживал массовое производство «самозарядок». К началу войны РККА имела, по разным оценкам, от 1 млн до 1,5 млн винтовок Токарева. Согласно предвоенным планам армейского руководства, в 1941-м предполагалось выпустить 1,8 млн винтовок, в 1942-м – 2 млн. Для сравнения: в США за все годы эксплуатации (с 1936-го по 1957-й) было произведено 5,7 млн винтовок М1.

Но война смешала все планы. Стало ясно, что СВТ слишком нетехнологична и дорога для массового выпуска в «пожарных» условиях отступления и эвакуации. Как вспоминал в своей книге «Во имя Победы» нарком вооружения Дмитрий Устинов, СВТ-38 состояла из 143 деталей, в том числе 22 пружин. Для изготовления всего этого требовалось 12 марок стали, включая две специальные. Как результат, в 1942-м удалось выпустить около 280 винтовок. Куда выгоднее было производить простые и дешевые «трехлинейки» и ППШ. Да и к самой СВТ было немало претензий…

Парадокс: зарубежные специалисты весьма высоко оценивали винтовку Токарева. Финны после Северной войны создали свой клон СВТ под названием Ta.Pa.Ko. Немецкий генерал Гейнц Гудериан в воспоминаниях о первых месяцах боев на Восточном фронте писал о советской пехоте: «Ее вооружение ниже немецкого, за исключением автоматической винтовки». В качестве трофея СВТ ценилась солдатами вермахта.

А вот наши солдаты ее не любили. «Она мало прочна и при малейшем загрязнении отказывает в работе», «в условиях наступательных боев, в особенности при форсировании водных преград в песчаной местности, от незначительного загрязнения ведет к отказу», – такие и похожие отзывы шли из частей.

Причин было несколько. Первая – время. Джон Гаранд доводил свое оружие около 12 лет, с 1929-го по 1941 год. У Токарева такого времени для доработки не было, а те три года, что имелись, пришлось потратить на другое. Военные требовали от него облегчить СВТ, чтобы она весила почти как винтовка Мосина (3,45 кг), – этим конструктор и занимался. Надо заметить, что снижение массы не добавило надежности оружию. Вторая причина – советская промышленность, которая и в мирное время не могла обеспечить должного качества исполнения, а с началом войны качество упало в разы. Третья причина (ее иногда называют главной) – это слабая подготовка личного состава. Так, автоматика СВТ с коротким ходом газового поршня требовала весьма тщательного ухода и была чувствительна к загрязнению продуктами горения ленд-лизовских порохов. Винтовке требовалась регулярная чистка, а для надежной стрельбы в сложных условиях надо было переключать газовый регулятор. Для вчерашних крестьян (в те годы 2/3 населения СССР составляли сельские жители) все это было слишком сложно. Даже для командиров отделений разборка и сборка оружия подчас была трудной задачей. К слову, в СССР испытали винтовку Гаранда, сочли ее весьма надежной и точной. Однако М1 не стали заказывать по ленд-лизу, сочтя слишком сложной в обращении и обслуживании.

Поголовно вооружены пулеметами

Что касается СВТ, то ее производство решено было свернуть почти полностью. Подумывали о том, чтобы выпускать винтовки Токарева в снайперском варианте (именно «светкой» пользовалась легендарная Людмила Павличенко), но отказались – испытания показали, что при стрельбе на холодный ствол оружие дает слишком большой отрыв при первом выстреле. Для работы снайпера это могло быть критично.

Снайпер, Герой Советского Союза Людмила Павличенко с винтовкой СВТ-40

В итоге решено было продолжить выпуск только автоматических версий винтовки Токарева – АВТ-40. Та же самая конструкция, но с функцией автоматического огня. Вообще-то советские генералы еще в ходе войны с финнами осознали, что стрельба очередями из винтовки – пустое занятие. Из-за сильной отдачи при стрельбе с рук на дистанции 100 метров второй выстрел шел на 1,5–2 метра выше первого, а третий уходил в небо. Тем не менее небольшие партии таких автоматов выпускали, а чтобы солдаты впустую не тратили боезапас, ввели переводчик огня в виде специального ключа, который выдавался лишь командирам отделений.

Уже в первые недели Великой Отечественной выяснилось, что применение АВТ хотя бы отчасти компенсирует проигрыш РККА в пулеметах – наши ДП-27 безнадежно уступали MG-34 вермахта. Конечно, автоматический огонь из винтовок был малоэффективен, но оказывал психологическое воздействие. Военный историк Андрей Исаев приводил воспоминания немецких солдат о том, что «русские поголовно вооружены ручными пулеметами». Когда по наступающему врагу открывали огонь несколько АВТ, немецкие командиры делали вывод, что пулеметные точки противника еще не подавлены, и командовали отбой.

А еще после знакомства с советскими СВТ/АВТ немецкие военные очень захотели обзавестись собственной «самозарядкой». Ведь концепция вермахта, где действия пехотного отделения строились вокруг единого пулемета, имела серьезный изъян – выход MG из строя критически сказывался на огневой мощи всего отделения.

Прежде германские генералы смотрели на «самозарядки» с большим подозрением, особенно их пугала идея газоотводного отверстия в стволе: считалось, что такое решение приведет к быстрой порче оружия. Потому поначалу сумрачный тевтонский гений создавал странные конструкции, в которых газовая камера размещалась перед срезом ствола в специальной насадке. По такой схеме выполнялись винтовки Walther (G-41W) и Mauser (G-41М), и обе были признаны крайне неудачными. При этом винтовка Walther показала себя более перспективной, в 1943 году ее газовый механизм заменили двигателем, заимствованным у советской СВТ-40. Так у вермахта появилась собственная удачная и пригодная для массового производства «самозарядка» под обозначением G-43.

Правда, к этому времени надобность в таком оружии отпала, поскольку в «стрелковке» появился новый перспективный класс – автоматический карабин под промежуточный патрон, совмещавший в себе достоинства автоматической винтовки и пистолета-пулемета. Это же обстоятельство поставило точку и в совершенствовании СВТ-40. К 1944 году детские болезни винтовки были устранены, но советские конструкторы тоже уже приступили к работе над самозарядным и автоматическим карабином под промежуточный патрон.

Оружие для умных и умелых

Этот фактор стал одним из решающих, когда грянула война. Несмотря на то, что немецкие солдаты были шокированы «русскими, которые все до одного вооружены ручными пулеметами» (цитата из письма одного из военнослужащих вермахта лета 1941 года – прим. авт.), планировавшейся плотности оборонительного огня достичь не удалось. Более того, в маневренных боях, которых в первые месяцы войны было подавляющее большинство, СВТ-40 оказалась недостаточно эффективной и удобной для бойцов, и многие при первой возможности меняли ее на более примитивную, но и менее капризную трехлинейку. В итоге в начальный период потери этого вида оружия на советско-германском фронте составили почти миллион единиц!

Теоретически компенсировать даже такие колоссальные потери советские оружейники могли, но никто не мог обеспечить армию достаточным числом образованных, технически грамотных призывников, которым можно было дать в руки СВТ-40, и ожидать, что они успеют освоить винтовку до конца обучения в запасных полках и дивизиях. И тогда ставку сделали на безотказную «мосинку»: ради расширения ее выпуска с конвейера начали снимать винтовку Токарева. В абсолютных цифрах это выглядело так: за весь 1941 год выпустили 1 031 861 обычных и 34 782 снайперских винтовки СВТ-40 (последние отличались лучшей обработкой канала ствола и приспособлением для крепления снайперского прицела), а в 1942 году — всего 264 148 и 14 210 единиц. Дальше снижение выпуска шло такими же темпами, пока 3 января 1945 года по постановлению Госкомитета обороны не прекратилось совсем.


Ополченец из числа рабочих сталинградского завода «Красный Октябрь», снайпер Петр Гончаров,
вооруженный именной снайперской винтовкой СВТ-40, на огневой позиции под Сталинградом. Источник: http://waralbum.ru

Тем не менее СВТ-40 оставалась в войсках до самого конца войны, и это хорошо видно по многочисленным фотографиям времен Великой Отечественной войны. После того как токаревская самозарядка перестала быть основным стрелковым оружием, ее стали доверять тем, кто по-настоящему мог с нею совладать. И в руках таких солдат она становилась грозным оружием. В частности, наибольшее распространение СВТ-40 получила в частях морской пехоты, что легко объяснимо. Флотские призывники традиционно отличались в среднем более высокой технической грамотностью и привычкой к обращению со сложными механизмами. Так что «черные бушлаты» охотно брали в руки «Cветку», которую ценили за огневую мощь и удобство в рукопашном бою: кинжального типа штык СВТ-40 был отъемным и мог использоваться в качестве обычного боевого ножа, в отличие от игольчатого штыка трехлинейки.

Широко распространена СВТ-40 была и на самом севере советско-германского фронта, где не было такого масштабного отступления в первые месяцы войны, а кое-где линия фронта и вовсе прошла по линии государственной границы. За счет этого, а также меньшей интенсивности боевых действий там сохранилось гораздо больше кадровых военнослужащих, успевших по-настоящему освоить винтовку Токарева и убедиться в ее исключительном удобстве в позиционной войне.


Советские бойцы в окопах, зима 1942 года. У бойца на втором плане — винтовка АВС-36,
у его товарища на переднем плане и остальных красноармейцев — винтовки СВТ-40. Источник: http://waralbum.ru

А вот у снайперов Красной Армии к «Свете» было отношение неоднозначное. С одной стороны, ВСТ-40 не требовала ручной перезарядки, а значит, и совершать меньше движений, что положительно сказывалось на меткости стрельбы. Кроме того, на ней удобнее располагался снайперский прицел, который вообще не мешал движению рукоятки затвора. Но оценить эти удобства могли далеко не все снайперы: скажем, многие выходцы из азиатских республик СССР или жители Крайнего Севера, процент которых в снайперских подразделениях РККА к концу войны был достаточно высок, предпочитали более привычные и менее капризные трехлинейки.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector